Бабуля из магазина

Неподалеку от станции метро, рядом с которой я проживаю, раскинул свои просторные ряды и полки магазин с притягательным названием "Магнит". А притягателен он своей крайней степенью паршивости и низкими ценами, так что контингент посетителей в этом магазине очень даже не разнообразен: от бабулек с крошечной пенсией в кулачке до поклонников Бахуса разного возраста и гостей из ближнего зарубежья.
Я тоже частенько захаживаю в этот забытый Богом магазинчик дабы сделать насущный шоппинг - купить сигарет, хлеба и молока. Если читатель сего опуса надумает классифицировать меня к какому-либо классу из вышеперечисленного контингента - пожалуйста, я не против: ржи да глумись на здоровье. В этом магазинчике и произошел следующий анекдот.
Итак, забежал я, значит, в этот мегамаркет и стою себе тихонечко в очереди, никого не трогаю. А передо мной стоит колоритный такой персонаж - маленькая такая, худенькая бабулечка, причем в классической амуниции всех бабуль. Представьте себе на худеньком старушечьем теле шубу брежневских времен, калоши на шерстяных носках, пуховый платок на голове - прямо вышедшая из-под пера классика.
И тут начинает происходить действие этого рассказа. Синенький такой паренек неопределенного возраста, крепко сжимая в руках бутыль с неким спиртным, и глаголет, обращаясь к старушке:
- Женщина, а можно ли я перед вами в очередь стану? У меня вот только банка и деньги без сдачи имеются, - потряс он кулаком с зажатыми в нем денежными знаками перед носом бабули.
- За женщину тебе, конечно, отдельное спасибо. Почему же нельзя, очень даже и можно, милок, бери свое зелье на здоровьице.
И прищурилась бабуся, и смотрит на него ехидно так, как будто замышляя что-то.
Стоим дальше. И тут со стороны выхода и опять к нашей кассе проявляется из пространства еще одно тело в состоянии, скажу прямо, характерном. И это тело также обращается к бабусе:
- Мать, будь человеком, пропусти, а? - потрясает бутылкой вновь пришедший, - Что ж мне, только с пузырем одним да в такой очереди стоять?
Бабуля, поскрипев челюстью, что-то прошамкала себе под нос, а потом молвит, да еще и громко так:
- Ну так конечно можно, чего уж. Нам тут торопиться некуда, можем всех попропускать, едрит твой Мадрит! Только я уже пропустила тут одного, так ты там у следующих в очереди поспрошай, а то пока я вас всех алкашей пропущу, так и откинусь тут, прямо под кассой.
Тут молодой человек нашел в себе силы включиться и заявил:
- Бабка, мы с ним вместе, только вот он припоздал слегка, пропусти ты его, а? Может ты куришь, так я тебе и сигарет прикупить могу.
- Ага, курю, болезный. И пожрать люблю еще...курочку вот, сыры разные, а еще нравятся мне очень эти... как их... трюфели с фуагрой, чтоб тебя негры драли. Так что бери лукошко, а я вот очередь тебе подержу, ага, - сказала бабка, как будто сказку прочитала.
-Бабка, не борзей, я ж по-нормальному к тебе обратился!
- Вот и я так, по-нормальному, спокойно прокомментировала бабулька. А сейчас катись-ка ты, внучок, к писюнам собачьим вместе с корешем своим. Чтоб вы поусирались от бормотухи своей этой. Ходят тут всякие, людей пугают.
Очередь давилась со смеху от лексикона милой на вид старушенции и линии ее поведения. Алкаши поспешили телепортироваться к другой кассе и там уже донимали своими просьбами других покупателей.